Кармиэльский блог-журнал

Subject:	Успеть порыбачить до тревоги
Time:	23:41 08.08.2006

Выезжая из города, поворачиваешь на восток. На небе уже не видно звезд, осталась одна, висит прямо над старинными улочками Цфата.
Большая, яркая, мы с моим спутником не сильны в астрономии, но оба соглашаемся, что это звезда - Венера.
Мы едем на рыбалку.
Два ненормальных - кругом война, а мы на Кинерет.
Душа требовала разнообразия.
У нас уже нет никаких сил, слышать завывания сирен, треск шариков бьюших по стенам и окнам домов. Гром разорвавшихся в городе ракет. Горящих автомобилей.
Мы не можем уехать, из города у каждого веские причины.

Доктор Верлинский работает в поликлинике в Тверии, его жена в поликлинике Кирьят Шмона, моя Галя в хирургическом отделении больницы Цфата, они воюют на работе. Жена возвращается из больницы опустошенная.
Мы не разговариваем. У нее на это нет сил.

По дороге мы с Володей еще спорим и говорим о войне, а подъезжая к озеру приумолкли.
Прямо на въезде эвкалиптовая роща, даже при слабом освещении видно, что деревья подгорели, на большой поляне, окруженной базальтовыми валунами, земля черного цвета от недавнего пожара.
Озеро спокойное, притихшее. В Кинерет еще вчера, когда была атака на Тверию, упало немало ракет .
Всегда на озере в это раннее время видны признаки играющей рыбы, сегодня ни одного всплеска.
Накачали лодки, и отошли метров на триста от берега.
Такая тишина, вокруг ни души. Нирвана.
Заветные сомы, на которых настроился Володя, не хотят признавать его наживку – свежую говяжью печень. Клева нет.
-Давай к лодкам привяжемся, - пытаюсь шутить,- если попадет ракета, вдруг не во все отсеки сразу, легче плыть к берегу.
- Лучше штаны расстегни, быстрей снимать, а то намокнут, трудно плыть,- подкалывает Володя.
-Жаль, телефон намокнет.
-А то бы позвонили, в службу спасения.
Мы продолжаем развивать сюжет спасения утопающих.
Хохочем, как два шалуна, хорошо что нас никто не слышит.
Но нам радостно так, что и поклевочный адреналин, может оказаться лишним.
А рыбы не видно. От шока попряталась на глубине. А может и перебили всю.
С Насраллы станется.
Уже сильно припекает, пора домой. Лодки далеко отнесло в сторону Тверии.
Отсюда -с озера прямо напротив видна Греческая ортодоксальная церковь, там живет монах Иринарх, я с ним, немного знаком.
Он так давно в Израиле, что выучил все языки, на которых здесь говорят.
Лет пятнадцать тому, когда мы впервые встретились, монах очень бегло говорил по-русски.
Володя заметил, что его лодка стала оседать в воду.
-Я плыву к берегу, по-моему, у меня проблема.
- Так не стреляли! - заметил я.
-Но ты же видишь результат.
-Клапан плохо затянут, греби в темпе.
Доктор замахал веслами, держа курс к берегу, где одиноко стояла его машина.
Я не спеша, поплыл прямо, хотел пройти ближе к берегу и рассмотреть покореженный пляж.
Озеро уже стало мелеть, и кромка воды отступила за это лето на несколько метров.
Пять чаек сидели на ветках высохших неживых кустов.
Три вороны копошились среди прибрежных камней.
Десятый час, а до сих пор мы на озере одни.

Больших попаданий здесь не видно, а чуть выше- все черным-черно.

Мы наслаждались, как дети, ныряя в зелено-коричневую, прозрачную глубину.
Вода едва прохладней воздуха , но так приятно нас обнимает и успокаивает.
И позабылось все на свете.
Как и не было. Следа не осталось от тревог, волнений, новостей.
Запахов не стало. Не пахло ни гарью, ни страхом.
Смыло все - ничего не осталось.
Солнце - доброе и внимательное, следило за нами.
Озеро - дышащее длинной океанской волной, мягко накатывало на грудь.
Море галилейское, с храмами на холмах – вечный всему свидетель.
Молча упаковываемся, говоритьне хочется .
Подъехала машина из нее выпорхнула девочка, в купальнике.
Защебетала, - Мама, скорей идем в воду, я хочу плавать.
Подъехала еще машина с молодыми парнями и девушками.
С сожалением мы поехали обратно в наш Кармиэль.
Из динамка появилось: « Как провожают пароходы, совсем не так…»
-Хиль, это вам не Сюткин,- помнишь?
- Какой тембр, тогда в семидесятых, всех очень быстро зачаровал.
-А это кто пел?- спросил Володя, – переключая кнопку.
- Робертино Лоретти . Из динамика слышен Валерий Меладзе.
«Ямайка. Ямайк-а-а-а-а-а.»
Помнишь этот фильм? « Мужчина и женщина».
- Франция через любовь. Как это делается у них. Нежная, пергаментная брюнетка Анук Эмме и элегантный Жан-Луи Трентиньян..
-Как сейчас помню эту черно – белую картину.
" Люблю я макароны..." кажется Эмиль Горовец.
-Уехал в Америку.
Так мы и катили по 65 дороге, вспоминая песни нашей молодости.
Называли певцов, чьи имена и голоса не забываются так долго. Были моменты-перехватывало горло.
..."Где-то есть город"
-Эдита Пьеха. Ансамбль Броневицкого.
-Польский акцент, придавал необычность и вселял надежду.

… «Землянка наша в три наката, сосна, сгоревшая над ней»
Под эту песню мы и завернули с трассы прямо в Кармиэль.
Чистенький, игрушечный, зеленый, с красными черепичными крышами, на которые падают снаряды.

Вечером, после девяти, позвонил сын, вернувшийся с семьей с отдыха в Иерусалиме.
- А у нас выбиты окна, на балконе и кухне.
- Не мудрено, пока вы отдыхали в гостинице, ракета упала в тридцати метрах от вас. Автобусной остановки как не бывало. Бери детей, переезжайте к нам.
-Мы остаемся, только уберем осколки, - ответил сын.
Девочки устали и хотят спать в своих кроватках.

Comments: Add Your Own.